Marvellous

Продолжение интервью с Джей-Джей Йохансоном

Maroosyablog Jay-Jay Johanson

Начало можно посмотреть здесь

- Мне кажется, что ты очень волевой человек. Ты осмеливаешься сказать об истинных чувствах. Ты исполняешь песни фактически интимного содержания. Скажи, а в жизни ты тоже открываешь свои чувства? Тебе легко признаваться в любви?

- Во-первых, я должен сказать, что мой стиль исполнения – это единственно приемлемый для меня способ пения. Я не могу писать на политические темы. Мне скучно от такого творчества. В том, что я сочиняю, есть внутренняя потребность. Я пишу, чтобы выкинуть из своей груди чувства наружу. Я должен это выразить через сочинение. Во-вторых, большую часть своих стихов я пишу на родном языке. Они в основном из моего дневника, который я веду на шведском. Наиболее интересные пассажи из личных архивов я решаюсь перевести на английский. Переводя, я преобразую идеи в стихи. Стихи становятся текстами к песням. Именно перевод своих чувств на неродной язык дает мне возможность выступать перед большой аудиторией. Если бы мои тексты остались на шведском, то были бы слишком интимными. Кроме того, они по-прежнему вызывали бы во мне воспоминания. Это тяжело постоянно возвращаться к сильным переживаниям. Разрыв между двумя языковыми культурами дает возможность смягчить восприятие. Я словно даю себе фору, и это позволяет мне выстоять перед шквалом эмоций. Я пою как бы для самого себя. Но пою, уже не возвращаясь мысленно к источнику переживаний. Только так можно исполнять одну и ту же композицию раз за разом. Но есть сочинения, которые несмотря ни на что снова и снова вызывают во мне волнение. Они не просты для исполнения.

- Я удивлена, что ты так пишешь, а потом переводишь. Я тоже сочиняю на русском и знаю, что на иностранном о чувствах говорить проще.

- О, да ! - (Смеется).

- И все-таки твои песни сделаны в типичной английской манере. Ты поешь на красивом английском языке. Ты сам выглядишь, как элегантный джентльмен. Почему ты вообще выбрал английский? Может, шведская культура тебе не близка? Шведский фольклор повлиял на твое творчество?

- Я об этом не думаю, но бессознательно народная культура, скорее всего, присутствует. Я решил писать на английском еще в юности. Это случилось давно, сразу же, как я впервые начал записывать свои композиции. Я понял, что без английского не смогу выйти на большую аудиторию. Исполняя на шведском, я бы лишился слушателей. Так что тут был простой расчет. Меня не сильно вдохновляет английский язык, скорее он удобен для меня. Шведский довольно близок к нему по структуре. К тому же, в нашей стране дети учат этот язык с начальных классов. Я же еще много путешествовал и интересовался британской культурой. Интересовался, но не более того. Мои стихи черпаются не здесь. Зато композиторские идеи в меня вдохнула именно английская музыка. Это совершенно точно.

-Какую профессию ты бы выбрал, если бы не стал музыкантом? Я слышала, что ты учился на дизайнера или фотографа?

- Ну, я никогда не учился на фотографа. Целых четыре года я провел в архитектурной школе. Но после этого понял, что архитектура для меня слишком узка. Мне нужно творчество более свободное. Без ограничений. Архитектору больше нужно думать об электричестве и защитном покрытии на крышу, формировании коробки из блоков. Это совсем не помогает мне раскрыться, как личности. Для этого гораздо лучше подходят мои песни. После окончания школы я погрузился в мир звукозаписей. Так что по специальности я так и не работал, хотя изобразительным искусством вдохновляюсь до сих пор. Мне нравится рисование, граффити, фотоработы. Я немного продолжаю работать в этом направлении. Например, делаю свои собственные видео, каверы на записи. Если бы я строил карьеру в визуальной сфере искусства, то вкладывал бы больше времени и сил. У меня есть опыт фотоработы с одним лондонским журналом. Кто знает, может быть, я сейчас продолжал бы развиваться в фешн-индустрии? Свое образование я использовал бы только в том случае, если бы ничего не делал из того, чем занимаюсь сейчас. Мне бы пригодились знания в области графического дизайна. Мой отец, между прочим, был фотографом. Он делал изображения букв. А, Б, В, Г… (смеется). В детстве я был заворожен красотой написания обыкновения алфавита. Вот тогда мое увлечение фотографией и началось. Это было сильное впечатление, которое, возможно, привело бы и меня к работе с фотографией.

- Поддерживают ли тебя родители в твоем пути?

- На самом деле, не совсем (смеется). Даже после 20 лет успешной карьеры они меня постоянно спрашивают: «Когда же ты начнешь, наконец, работать?» Для них моя деятельность – это страстное увлечение, на котором я зациклен вот уже два десятилетия. Они хотят, чтобы я по утрам уходил из дома на службу, вечером возвращался из офиса домой. Семья, работа, - вот что должно присутствовать в моей жизни. Родители убеждены, что туры и поездки – это наркотики и прочие ужасы. Их это действительно очень пугает. И при этом, они никогда не сдерживали моего развития. Не останавливали меня, когда я решил в 16 лет уехать из дома. Я первым из детей это сделал. И вот уже 30 лет, как я самостоятельный человек. Сегодня мы с родителями видимся всего пару раз в году. Я живу достаточно далеко. Порой созваниваемся. Конечно, я им отправляю свои готовые записи, новинки. Но они им не очень нравятся. Это факт (смеется). Хотя это уже не столь важно для меня. Мои старшие брат и сестра проводят с родителями много времени. Их дети постоянно общаются с бабушкой и дедушкой. Они все очень близки. Я принял решение отдалиться от родителей. Это был мой выбор.

- Когда твой ребенок вырастет, ты хочешь вовлечь его в этот волшебный мир шоу-бизнеса?

(Джей долго думает, несколько раз начинает отвечать, но замолкает). - На самом деле я не знаю, я хочу открыть ему все возможные варианты развития. Он должен сам выбрать то, что ему ближе. Я могу поощрять его решения. Я покажу ему все возможности, что бы он самостоятельно сумел пройти по своему пути. Мы вместе стараемся наблюдать как можно больше. Мы ездим, смотрим столько, сколько возможно. И если он проявляет интерес, то я поддерживаю его. Он играет в теннис, баскетбол, он много времени проводит за компьютерными играми, как и все современные дети. У него фантастический певчий голос. Лучше моего. Намного. Вокруг него полно инструментов, но он не особенно ими интересуется. А я не хочу его толкать в каком-то направлении. Я просто хочу поддерживать то, к чему тянется он сам. И сегодня – это не шоу-бизнес. Это естественно. Ему всего восемь лет.

- Когда ты просыпаешься, то какая первая мысль обычно приходит к тебе в голову?

- По-разному. Обычно, когда я встаю, то должен отводить ребенка в школу. Тогда я думаю о том, что его нужно собрать. У меня звонит будильник. Это значит пора вставать. В турне все обстоит по-другому. Когда будильника нет, то первой мыслью будет желание вспомнить свой последний сон. Или хотя бы попробовать. Я не лежу в постели, я не ленивый. Как только проснулся – тут же встаю.

- Ты жаворонок?

- Да, я ранняя птичка и всегда ею был. Даже если я ложусь очень поздно, то тем не менее встаю рано. Слишком много мыслей, которые необходимо оформить, продолжить работу за компьютером или за пианино. Множество хороших песен было записано в последний момент перед засыпанием или в первый момент после пробуждения. Но очень важно то, что я их фиксирую. Я знаю, первое, что я сделаю после пробуждения – забуду свои идем. И это случится очень быстро. Поэтому рядом со мной всегда есть бумага и ручка.

- Получается, что у тебя есть дневник сновидений?

- Получается, что именно так.

- Сколько ты спишь?

- Мой сон – это интересный для меня феномен. Я помню себя десятилетним мальчишкой. Вечером родители часто заставали меня рисующим с включенной лампой и играющим магнитофоном. Они желали мне спокойной ночи и уходили спать. «Иди спать!» «Да-да, уже иду». А когда они приходили утром в 7 утра, то находили меня в том же положении. Я продолжал рисовать. Я не ложился спать, но потом спокойно собирался и шел в школу. Это было довольно часто, когда я вообще не ложился. Но я, если честно, никогда не устаю. В такие моменты я впадаю в какое-то медитативное состояние. Я сидел и рисовал, работал день за днем, но я так и не уставал. Я так и не становился голодным. Я думаю, что это какое-то подобие транса. Я постоянно работаю по ночам. Я люблю это время, потому что ничего не отвлекает. Нет звуков, потока машин, ничто не прерывает мой творческий поток. Но сейчас я понимаю, что должен идти в постель. И в 2-3 часа ночи я иду спать. Давай посчитаем: ложусь в три ночи, встаю - в семь. Получается, что я сплю четыре или четыре с половиной часа.

-Это впечатляет. А что мотивирует тебя творить? Почему ты продолжаешь уже двадцать лет сочинять музыку?

- Ничто не мотивирует. Я просто делаю это, потому что «оно» постоянно выходит из меня. Я не останавливаюсь в поисках мотивации, не думаю о том, что писать. Но, позволь я добавлю, что если никто из зрителей не будет приходить, а компании не будут меня записывать, то, может быть, моя творческая энергия сойдет на «нет». Я займусь фотографией или чем-то еще. Но пока я сочинитель песен и не занимаюсь ничем другим.

- Желаю, чтобы у тебя всегда была такая же публика, как в Париже, где тебя невероятно любят.

- Как и в Бразилии, как и в Канаде (смеется). Это фантастика!

- Можешь рассказать о своем увлечение искусством? Ты посещаешь аукционы?

- Я посещаю аукционы, но редко. Это слишком дорогое удовольствие, а я не мультимиллионер. У меня есть средства на хорошую жизнь. Но, к несчастью, мне не хватает на шедевры, поклонником которых я являюсь. Я люблю искусство великих мастеров, но не зациклен на этом. Порой в столицах я хожу полюбоваться на работы, ставшие классикой. Но больше мне нравится современное искусство. Я большой поклонник стиля граффити. Это мое самое сильное увлечение в искусстве. И, конечно, Энди Ворхол вызывает сильное сердцебиение. Он был медиатором между андеграундом и огромным количеством различных течений искусства. Это факт. Он основал журнал, ТВ-канал, образовывал группы, массы, но в центре внимания всегда оставалась его сольная карьера. Феномен поп-арта также притягателен, как и личность этого художника.

- У тебя есть что-нибудь оригинальное из Энди Ворхола?

- На стене? Да (смеется), мне посчастливилось купить кое-что, когда я был ребенком. Пока не было такой одержимости его творчеством – эти работы можно было достать. И мы приобрели кое-что. Потом же началось какое-то бурное веселье публики на почве всего, к чему прикасалась рука маэстро. Сейчас я сижу в детской, и на стене есть кое-что из современного искусства, некоторые интересные произведения гриффистов. Это прелестные работы. Я так же был поклонником Жана Кокто, французского художника, писателя. Но теперь больше интересуюсь граффити.

- Я слышала, что ты интересовался творчеством Маяковского. Как он оказался в центре твоего внимания?

- Когда я был маленький, кто-то дал мне книгу о Лилии Брик. Это милая история, после которой я уже заинтересовался жизнью самого поэта. Может быть, я не осмыслил всей глубины его гения, но прочел все же несколько книг. Так я и узнал, что он был необычным, незаурядным человеком. Я не помню сами стихи, но историю запомнил. Может, мне стоит перечитать еще раз произведения Маяковского, и я найду что-нибудь вдохновляющее?

- Ты пишешь книгу или что-нибудь автобиографическое?

- Нет, у меня есть дневник, но он лично для меня. Спасибо огромное за внимание и пока!

«Opium» - 2015-06-08
KWAIDAN RECORDS
Drowsy / Too Young To Say Good Night; Moonshine; Be Yourself; I Love Him So; NDE;
I Don't Know Much About Loving; Scarecrow; I Can Count On You; Alone Too Long; Harakiri; Celebrate The Wonders;
J.-J. Johanson – v; Eric Janssen – k; Robin Guthrie – g.


Для большего количества интервью с музыкантами на maroosyablog, сделайте репост и расскажите о них своим друзьям!

Posts from This Journal by “КУЛЬТура” Tag

для ЖЖ очень сложное интервью
такое должно быть в журнале для любителей
лично я дочитал только три четверти)
для ЖЖ очень сложное интервью
такое должно быть в журнале для любителей
лично я дочитал только три четверти)
В жж есть все! И для любителей. У меня все больше журнал становится заточен под меломанов.